2017.10.07 

Вопреки тому, что мы видим в кино, средний образ индейца Амазонки сильно отличается от Голливудского и книжного.

Например, типичный случай: у общины нет никакого вождя. Есть шаман, разумеется, есть сильный охотник, но человека, который может принять решение за общину - нет. Это очень просто, в таких по размеру общинах просто не нужен вождь, люди разбираются без него, да и как правило у всех родственные связи. Антрополог Джаред Даймонд рассказывал о превращении племени в вождество, когда племя больше не может разбираться своими силами. Ну людей просто много.
Главная проблема отсутствия вождя – это отсутствие санкций. Образно говоря, украсть, убить – что угодно. Никем это не карается, нет органов регуляции, кроме самой общины и ее нужд. Разумеется, если убить соплеменника, остальные основательно могут отвернуться от тебя и изгнать – как правило это высшая мера наказания, равноценная смерти. Изгнанные долго не живут. Показательно описывал отсутствие санкций Эверетт:
Однажды один из индейцев Пираха услышал шум, выстрел. Он подбежал и увидел пристреленную собаку, которая впоследствии умерла у него на руках. А над собакой стоял соплеменник – страшно пьяный и с огромным дробовиком. Наш герой очень любил свою собаку и не мог сдержать слез, как говорит Эверетт, по крайней мере. Но когда Эверетт спросил у индейца, что же он будет делать, индеец не очень то и понял, а что делать? То есть у него даже не было и мысли, что кто-то может заслуживать наказания за такой поступок. Как считает Эверетт, все это для выживания общины.
Как раз последней каплей нашего прибывания в Окамо было, когда мы вернулись в деревню после дня ходьбы через джунгли, страшно уставшие с порезанными руками и ногами, мы хотели только в палатку. В голове отдавались вспышками боли нарывающие раны. Но как же мы удивились, когда нашли открытую сломанную палатку, в которой представительно порылись. Вокруг собрались индейцы, они что-то оживленно обсуждали. Я злой, выхожу на свежий воздух, а одна из женщин кричит мне в след: “Покажи мне свои деньги, покажи мне свои деньги”. Но никто ничего не говорил, всмысле, для них это не было чем-то необычным, как для меня. Психологически я не привык, когда роются в моих вещах, особенно с таким усердием, что разламывают любимую палатку.
У Эверетта ушли годы, чтобы понять и принять такое общество. В конце концов, он находил удовольствие от жизни с Пираха.