2018.03.04 

О жизни в Венесуэле. Похоже, что в 2017 или 2018 годах приз «Беженцы года» получат венесуэльцы.

К началу 2018 года миграция людей из беднеющей страны сильно возросла. Только за первые два месяца только в Бразилию бежало 40,000 человек. Это можно связать с усилившейся инфляцией, которая привела к тому, что деньги вообще обесценились. Только с августа прошлого года валюта упала в 25 раз. В итоге, ей потихоньку перестают пользоваться. Наличных просто нет. Это кстати серьезное препятствие для путешественников, потому что поменять на черном рынке даже 20 долларов на боливары - задачка не из простых. Наш друг Рома Устинов однажды с тысячей долларов в кармане закончил тем, что ужинал с бомжами в Маракайбо.
Венесуэльцы хранят деньги на картах и пользуются тем, что называют «трансференция». Они покупают доллары за боливары переводом между картами и моментально избавляются от своей валюты, ведь за месяц она упадет в 2 или более раз. В итоге в стране просто не остается ликвидной валюты, и кажется, что сама страна вот-вот полностью перейдет к натуральному обмену.
Дальше остается дефицит и бедность. Только товары, сделанные в Венесуэле, все еще доступны жителям, потому что привозные товары вынуждены продаваться за импортную цену. А официальная минимальная зарплата в стране чуть меньше двух долларов. А через месяц уже станет меньше доллара. То есть пока местные товары не успевают подорожать, импортные взлетают в цене каждый день или даже каждый час. Пока мы покупали продукты для похода на Рорайму, мы столкнулись с тем, что цена на шоколадку возросла в полтора раза только потому что мужик распаковал новую коробку из новой партии. Этот феномен позволяет вам отужинать в дорогом ресторане стейком (в Венесуэле много мяса) за цену килограмма импортного риса. Что говорить о венесуэльце, который вынужден покупать фасоль за цену минимальной зарплаты по стране. Представьте, если бы у нас кило риса или фасоли стоил бы 5000 рублей.
Полная анархия в ценах, заработках и образе жизни, когда ты работая адвокатом получаешь в тысячу раз меньше, чем человек с маленькой фермой, приводит к миграции городского образованного населения. Плюс, трагически возросла преступность до повсеместных вооруженных грабежей.
Люди бегут в соседние страны. Многие ориентируются на Чили, как на место, где есть потребность образованной рабочей силы. Но остаются венесуэльцы по всей Латинской Америке: Панама, Колумбия, Эквадор, Бразилия, Аргентина, Чили.
Следующим постом я расскажу вам о наиболее трагической миграции - в Бразилию. Я решил сконцентрироваться на этой теме после разговора с бразильскими тележурналистами, и особенно после того как даже мы попали в обойму беженцев: не смогли покинуть пограничный город - там была война за транспорт. И когда большинство не может себе позволить этот транспорт, они идут пешком через раскаленную саванну в Боа Висту, где им придется стоять с плакатом «Ищу работу», жить в палаточном лагере и побираться. Так начинается трагедия целого народа.
Завтра с утра специально для вас поснимаю палаточный лагерь венесуэльцев и попытаюсь сходить к тем, кто ищет работу с табличкой в руках.
#венесуэла